26\11. Справочник по миру SnK был обновлен двумя заметками.
♦ Настало время мучить вопросами Эрвина Смита!
15\10. На форуме изменился дизайн. Вы можете прокомментировать новое оформление здесь. Также выбран новый пост в таблицу.
♦ Теперь на форуме можно обсудить мангу. Сто одиннадцатая глава уже вышла!
♦ Пожалуйста, не забывайте голосовать за форум в топах (их баннеры отображаются под формой ответа).
ARMIN ARLERT [administrator]
Добро пожаловать на ролевую по аниме «Shingeki no Kyojin» / «Атака титанов»!
— ♦ —

«Посвятив когда-то своё сердце и жизнь спасению человечества, знала ли она, что однажды её оружие будет обращено против отдельной его части?». © Ханджи Зоэ

«Совести не место на поле боя — за последние четыре года шифтер осознал эту прописную истину в полной мере, пытаясь заглушить угрызения своей собственной.». © Райнер Браун

«– Ходят слухи, что если Пиксис заснёт на стене, то он никогда не упадёт – он выше сил гравитации.». © Ханджи Зоэ

«- Это нормально вообще, что мы тут бухаем сразу после типа совещания? - спросил он. - Какой пример мы подаем молодежи?». © Моблит Бернер

«"Теперь нас нельзя назвать хорошими людьми". Так Армин сам однажды сказал, вот только из всех он был самым плохим, и где-то в подкорке мозга бились мотыльком о стекло воспоминания Берта, который тоже ничего этого не хотел, но так было нужно.» © Армин Арлерт

«Страх неизбежно настигает любого. Мелкой дрожью прокатывается по телу, сковывает по рукам и ногам, перехватывает дыхание. Ещё немного, и он накроет с головой. Но на смену этому душащему чувству приходит иное, куда более рациональное – животный инстинкт не быть сожранным. Самый живучий из всех. Он, словно удар хлыста, подстёгивает «жертву». Активизирует внутренние резервы. Прочь! Даже когда, казалось, бежать некуда. Эта команда сама-собой возникает в мозгу. Прочь.» © Ханджи Зоэ

«Голова у Моблита нещадно гудела после выпитого; перед очередной вылазкой грех было не надраться, тем более что у Вайлера был день рождения. А день рождения ответственного за снабжение разведки - мероприятие, обязательное к посещению. Сливочное хлорбское вместо привычного кислого сидра - и сам командор махнет рукой на полуночный шум.» © Моблит Бернер

«– Ну конечно! – женщина решительно кивнула. В общем-то не так всё и критично. – Тем более, это всего лишь очередная моя неудачная шутка! Я уже обрела персональный отряд и замечательного Первого исследователя в твоём лице. Чего ещё желать? Новая должность, новые полномочия. Теперь с двойным усердием можно тренировать шаг на плацу, отирать пыль в архивах, оправдывать людские суждения, в конце концов! Поздравляю, Моблит! – Ханджи легонько похлопала парня по плечу. Моральная поддержка никогда не бывает лишней. Особенно в тонких вопросах тимбилдинга.»

FRPG Attack on Titan

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



What's in your head?

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://sh.uploads.ru/VXY5O.gif  http://s8.uploads.ru/86t32.gif
Место, время: Больница крупного города N, дело ближе к вечеру;
Участники: Erwin Smith, Traute Carven, Petra Ral, Hange Zoë, Levi Ackerman + все желающие подключиться к игре.

Концепт:

В мире эпидемия началась внезапно. Болезнь за считанные часы поражает человеческий организм, превращая людей в неуправляемых монстров. Среди зараженных имеются люди с иммунитетом – те, кого могут укусить, но у них проявятся лишь симптомы, человек при этом не обращается. Таких людей меньшинство – в 98% случаев укушенный максимум через сутки обращается в ходячего мертвеца.

Военным пришлось первым взять на себя последствия неизвестной человечеству болезни, а также организовывать порядок в городах. На улицах творится полнейший хаос – люди в панике. Никто не знает причин появления странной болезни, правительство не дает официальных заявлений, отдает лишь приказы устранять обратившихся. В самой армии многие начинают терять веру в руководство, из-за чего то и дело вспыхивают конфликты.

Палаты ломятся от больных, в изоляторе не хватает места. Ситуация в мире стремительно выходит из-под контроля и дабы хоть как-то стабилизировать положение, правительство отдает приказ о зачистке больниц.
Во время одной из таких зачисток происходит перебой в электроснабжении, из-за чего двери палат карантинных зон оказываются открыты. Как итог – зомби, а вместе с ним и еще живые зараженные люди оказываются на свободе. Больница стремительно превращается в ад.

Задача выживших – объединиться ради выживания, несмотря на взаимное недоверие и вместе постараться выбраться из больницы, кишащей ходячими трупами. Кто же в итоге сможет добраться до выхода?

Отредактировано Erwin Smith (Вчера 14:17:10)

+1

2

Эрвин многое видел в своей жизни – в частности за то время, что отслужил в армии, однако все это меркло в сравнении с тем, что ему довелось лицезреть за последние дни – дни, когда город захлестнула волна зараженных.

Как и полагается – военные первыми взяли на себя удар угрозы истребления человечества. Но с каждым днем сдерживать активно пополняющуюся орду мертвецов становилось все труднее. Вдобавок, дело в значительной мере осложняла нарастающая паника – и не только среди мирного населения. Вскоре беспорядки начались и внутри армии - руководство стремительно теряло авторитет в глазах простых солдат.
Но и впрямь нужно было быть полнейшим идиотом, чтобы не замечать как быстро все выходило из-под контроля – правительство предательски молчало, а все поступающие сверху указания ни к чему не приводили, порою представляя собой решения, лишенные всяческого смысла.

Слухи распространялись мгновенно, особенно среди рядовых, однако Смит старался не верить пустой болтовне, предпочитая более надежные источники информации. Но со временем он все же был вынужден признать - идея того, что все происходящее вина неудачно прошедшего правительственного эксперимента над новым видом оружия, уже не выглядела столь бредово, как показалось на первый взгляд. И правда - когда на тебя бросается живой труп, в которого до этого ты выпустил почти полную обойму, поверить можно вообще во все что угодно.
До того как был отдан приказ стрелять на поражение, командующий наивно полагал, что подверженные болезни люди остаются живыми, а их поведение – ничто иное как последствие перенесенного недуга. Но иллюзия недолго застилала ему глаза – ровно до того момента как армия перешла к активным боевым действиям. Увидев обратившегося вблизи, язык не повернется назвать эти хрипящие человеческие останки, с животным инстинктом бросающиеся на все живое, человеком. Впрочем, Смит готов был еще поспорить с тем, что в итоге оказалось страшнее – ожившие мертвецы или же сами люди.

Во время операции им пришлось столкнуться с преступной группировкой, одной из тех, что к тому времени во всю орудовали в нужной им части города, оказывая активное сопротивление власти и армии. В тот момент Эрвин возглавлял отряд, занимающийся истреблением мертвецов, а заодно и предоставлял помощь обнаруженным выжившим. Конфликт вспыхнул мгновенно – отряд понес значительные потери, а выжившие, запаниковав, привлекли шумом орду трупов. Смит плохо помнил что происходило тогда, но во всеобщей суматохе он, очевидно, получил сильный удар в голову – специально или нет, а также кто и чем огрел его по затылку, выяснить уже не представлялось возможным. Сколько времени он провел без сознания, также оставалось загадкой – дни и часы уже потеряли свое значение.


Очнувшись, Эрвин обнаружил, что находится в изоляционной палате центральной больницы – и это было последнее место где он хотел бы оказаться в сложившихся обстоятельствах, прекрасно зная что творится в организационных структурах. Необходимо было выбираться отсюда и как можно скорее - только вот охранная система палат работала превосходно, не оставляя и шанса нелегально выйти за пределы карантина.

Причина, по которой его определили в карантин, оказалась в рубце на предплечье правой руки, лишь отдаленно напоминавшем укус. Смит не помнил как обрел его, также как и не помнил каким образом вообще оказался в больнице – отряд был на противоположном конце города и было удивительно как кому-то  из его людей удалось вытащить своего командира оттуда.

Добиться чего-то от персонала было практически невозможно – в больнице творилась полнейшая неразбериха, палаты были переполнены, медикаментов и оборудования не хватало, а бедные медики валились с ног от усталости. За одни только сутки, что он провел в палате, здесь обратилось около трех человек - их удалось обезвредить лишь совместными усилиями таких же несчастных, обреченных на заточение. Никто не пришел им на помощь, спасибо что после хотя бы забрали трупы.

Эрвин сидел на импровизированной койке недалеко от окна. Мест не хватало, также как и не хватало оснащения – все пациенты оставались в своей одежде, в которой и поступили, и командир не был исключением – на нем по-прежнему была военная форма. 

Тяжело вздохнув, Смит запустил руку в волосы, стараясь не задеть повязку –  в голове еще слабо пульсировала боль, но несмотря на это, Эрвин соображал довольно ясно, лишь неопределенность и невозможность действия неимоверно угнетали его. Он был уверен, что не был укушен – никаких симптомов, помимо слабости от накопившейся усталости, у него не проявилось, а перспектива быть загрызенным ночью внезапно обратившимся пациентом - нисколько не вдохновляла.

Последние пару часов, за неимением выбора, Смит только и делал, что наблюдал за творившимся за стеклом оживлением – медперсонал то и дело сновал туда-сюда, что-то выкрикивал и метался по коридору – что именно происходило можно было только догадываться, так как стекла полностью изолировали звуки извне. Беспокойство медиков неизбежно передалось и пациентам - по палате периодически прокатывалась волна тревожных возгласов. Внезапно свет, до этого не проявляющий никаких признаков перебоя, коротко замигал, после чего потух, но буквально на несколько секунд.

Отредактировано Erwin Smith (Среда, 24 октября 18:00:34)

+3

3

Петра и подумать не могла, что одна из вариаций конца света в один прекрасный день превратится в суровую реальность и она окажется её невольной свидетельницей. Нет, правда, одно дело смотреть фильмы про зомби и читать жуткие книги, в которых зловещим мертвецам отведена главенствующая роль, и совсем другое – видеть это своими глазами.
Сначала она наивно сочла себя спящей, дело ведь обычное: была же она однажды в собственном сне солдатом, находящимся внутри гигантской машины? Уже и не помнит, что именно тогда происходило, да и ни к чему оно сейчас – родительских криков, раздавшихся у неё над головой, оказалось вполне достаточно для обретения веры в то, что всё происходит в режиме "здесь и сейчас" и уж точно не является плодом воображения.
"Нужно срочно что-то делать, не можем же мы всё время оставаться в квартире и надеяться на помощь со стороны? Кто знает, может эти монстры из тех, что обладают какими-то крупицами разума? Ну, или просто на нюх живых чувствуют..." – Унять поток бессвязных мыслей и вопросов, сменяющих друг друга с завидной скоростью, оказалось непросто: с одной стороны, беспорядок в собственной голове не способствовал продуктивности, а с другой он как-то... Успокаивал, что ли?
Обычно, когда ты являешься лишь невольным зрителем происходящего, советовать, критиковать и говорить о том, как бы поступил ты сам очень легко. Сейчас у каждого смертного появилась возможность доказать свою способность к выживанию на практике. Покинуть место диванного критика и показать себя во всей красе, как говорится. Рал, правда, не сотрясала комнату собственными суждениями, но должна была искать для себя и своих родных способ продержаться подольше. В какой-то момент девушка даже пожалела о том, что накануне всего этого "зрелища" не взяла отпуск и не отправилась в гости к дальним родственникам в другой город. Досадно, но и пусть, потом поедет. Может быть.

После долгих размышлений и (что в последнее время было редкостью) коллективного обсуждения Петра и её семья приняли решение покинуть квартиру и отправиться на поиски другого укрытия. Возможно, глупо, да только обстоятельства сейчас играли не на их стороне: еды в доме практически не осталось, соседние квартиры, брошенные своими хозяевами, тоже не ломились от обилия провизии, а ближайшая захудалая продуктовая лавка находилась в нескольких кварталах от них, так что... Выбор, увы, был невелик: оставаться и умирать с голоду в ожидании изголодавшихся тварей или оказаться на улице и попытаться найти других выживших. Даже если не повезёт, то они, по крайней мере, не окажутся съеденными по причине собственной трусливости.
"А если мне не повезёт, то пусть я окажусь самым тупым мертвецом и спустя пару минут после обращения меня прикончит пуля, выпущенная из чьей-нибудь винтовки."
Покинув квартиру и оказавшись на улице, Петра во время каждого своего шага по направлению к той самой лавке судорожно пыталась вспомнить те обрывки новостей, которые успела услышать. Кажется, там было какое-то предупреждение на счёт заражённых, но должного внимания она этому, видимо, не уделила, возможно даже зря.
Первые люди встретились ей и её родным после первого поворота. Как выяснилось после краткого представления друг другу, они направлялись туда же, куда и Рал. Даже знали путь к перекрёстку, от которого до магазина рукой подать. Посчитав, что вместе будет безопаснее, обе стороны сошлись на том, чтобы дальнейший путь продолжать вместе.
Что ж, перекрёсток и правда существовал, а вот о том, что "короткой дорогой" будет подземный тоннель, ведущий в метро, девушке никто не сказал.
– Мы туда не пойдём. – Тут же произнесла, твёрдо уверенная в своей правоте, но вынужденная пересмотреть собственные взгляды на прогулку вниз после того, как за спиной раздались странные звуки, принадлежавшие троим чудищам. Петра уже была готова сделать шаг в сторону бетонных ступенек, когда точно такие же звуки послышались и оттуда. – Что за...
Что принято думать в такие моменты? Пожалуй, то, что это конец. По крайней мере, мысли нормальных людей заняты этим, тогда как Рал лишь вспомнила о своём недавнем пожелании на счёт пули и, ведомая неведомым порывом, подняла с земли валявшуюся возле ног пустую бутылку. Из-под пива, кажется.
"Хотя бы что-то сделаю в попытке спастись."
Удача это или нет – неизвестно, однако спасение на самом деле пришло к девушке и остальным, приняв облик военных. Тут же последовали вопросы на счёт общего состояния и того, были ли у "группы" контакты с монстрами и, если да, остались ли после них "сувениры" в виде укусов.
"У нас же ничего этого нет, значит, всё отлично." – Облегчённо вздохнула Петра, не знавшая, что следы от зубов собаки её близкой подруги, укусившей Рал из-за того, что та, как показалось животному, хотела навредить его хозяйке, сыграют с девушкой злую шутку. Никакие объяснения не помогали, приговор был достаточно чётким: всех в убежище, её – в карантин.

Больницы всегда были для неё местом жутким, а сейчас это впечатление становилось ещё сильнее: десятки таких же, как она, разговоры врачей на счёт того, что пациент из первой палаты уже превратился в "ту проклятую тварь", а тот, который из десятой, кажется, ещё нет, обсуждения относительно того, что свободных мест всё меньше, а людей всё больше, и суета, суета, суета... Бесконечная, отвратительная, давящая на голову ещё хуже. Вот для неё нашли свободную койку, по соседству с каким-то парнем, не слишком расположенным к душевным разговором. Впрочем, сейчас тишина будет ей лишь на пользу, да и кто знает, кто он такой.
– А ты кто: заражённая или пала жертвой случайных подозрений?
– Сам-то кем будешь? – Скептически поинтересовалась Рал, бросив уставший взгляд в сторону "товарища по несчастью", который вместо ответа лишь пожал плечами и уставился в небольшое окно. Так они и сидели, даже могли продолжить сидеть некоторое время, если бы не оказались в абсолютной темноте. Довольно жутко, пусть и длилось пару мгновений, только вот сосед девушки, видимо, расценил произошедшее по-своему: если она лишь крепче прижала к себе колени, обхватив их руками, то он соскочил с койки и, совершив круг-другой по палате, подошёл к двери, после чего толкнул оную и, пролепетав что-то нечленораздельное, выскочил из помещения.
"Идиот". – Первая, пожалуй, критика от неё в адрес кого-то за последнее время. Смысл уходить отсюда? Куда?
"Хотя... Оставаться здесь тоже нельзя. Если двери так легко открыть, назвать свою "камеру" безопасной я больше не могу. Чёрт, я ведь один раз решила уйти и оказалась здесь. Может, всё же пересидеть? Не знаю, двери там попытаться заблокировать чем-то..."

Отредактировано Petra Ral (Среда, 24 октября 01:04:50)

+2

4

Страх неизбежно настигает любого. Мелкой дрожью прокатывается по телу, сковывает по рукам и ногам, перехватывает дыхание. Ещё немного, и он накроет с головой. 
Но на смену этому душащему чувству приходит иное, куда более рациональное – животный инстинкт не быть сожранным. Самый живучий из всех. Он, словно удар хлыста, подстёгивает «жертву». Активизирует внутренние резервы. Прочь! Даже когда, казалось, бежать некуда. Эта команда сама-собой возникает в мозгу. Прочь.

Рефлекторно стучат зубы. Каково это знать, что их цель – именно ты? Забавно, но все «жертвы» ведут себя одинаково. Вероятно, это заложено на генном уровне. Быть «жертвой». Но как это воспринимает сам «охотник», если он даже не является человеком? Способен ли он испытывать какие-либо чувства?
Истошный крик пронизывающей боли и страха, звук разрываемой ткани и хруста, ещё пара секунд, и эти твари уже делят добычу. Всё по законам природы. Инфекционный агент поглощает здоровую клетку. Прогрессирующий патогенез.

Ощущаю привкус крови во рту. Привкус металла. Невольное свидетельство, что я ещё жива. Надолго ли?

***
Доктор Зоэ начинала свою медицинскую карьеру в госпитальной клинике в должности штатного врача-невролога. Годы врачебной практики значительно обогатили багаж знаний молодого доктора и заложили прочный фундамент для будущих научных изысканий.
С доктором Айзиком Дженнером, известным учёным-биотехнологом, директором близкого к правительственным кругам Исследовательского Центра Заккрия Далайуса, Зоэ впервые познакомилась на Конгрессе по клинической неврологии, где она выступала с докладом. И каково же было удивление, когда через некоторое время Ханджи получила от доктора приглашение поработать совместно над экспериментальными методиками в лечении нейродегенеративных заболеваний! Тогда подобная возможность для подающего надежды учёного была сказочной перспективой, распахивающей двери в мир большой науки.
Тогда она верила, что мир, который они все знали прежде, изменится в лучшую сторону для сотен тысяч людей. И мир действительно изменился. Изменился после того, как в него вошло их открытие.

Команда Зоэ проводила клинические испытания новейшего препарата у контрольной группы имеющих предрасположенность к дегенеративным заболеваниям нервной системы. По началу всё шло хорошо. Практически у всех испытуемых отмечалось улучшение состояния, что в долгосрочной перспективе могло означать полнейшее избавление от недуга. Однако спустя некоторое время, у испытуемых первого порядка были выявлены побочный эффект: при контактировании со здоровыми особями у последних отмечались сходная симптоматика. Ситуация усугубилась, когда контагиозность заболевания приобрела стихийный характер. Все дальнейшие испытания, соответственно, были прекращены, а сам проект заморожен на неопределённое время.

Ханджи никогда не пасовала перед трудностями, даже такого масштаба. Если уж и быть одержимым, то только идеей. Идеей поиска ответа на ключевой вопрос – вопрос существования человечества! Даже сейчас, когда весь штат бесцельно метался в состоянии некой прострации, доктор Зоэ проводила свои исследования в малой секционной больничного морга. Небольшая комната, располагавшаяся в подвальном помещении, куда стаскивали всех пострадавших от неизвестной болезни, была заполнена безжизненными телами, каждое из которых предстояло, по-хорошему, вскрыть и изучить, но, исходя из соображений безопасности, предпочтительнее сжечь, как и всё-то, что находилось с ними в непосредственном контакте.
В помещении стояла вонь от разлагающейся плоти вперемешку с запахом дезинфекции. Ханджи поправила защитные очки. Действовать нужно было быстро.

Предстоит ещё кое-что проверить.

***
– Болит? – голос с соседней лежанки был обращён к человеку в армейской форме.
Мужчина лет сорока наблюдал за военным с самого его появления в палате. Единственное из доступных развлечений сейчас одиноко плескалось на дне фляжки, поэтому ему оставалось только пассивно следить за происходящим вокруг.
– Это хорошо. – продолжил мужчина. – По крайней мере, это хотя бы значит, что ты живой. В отличие от него. – с этими словами он кивнул в сторону опустевшей не так давно койки, на которой, словно в подтверждение сказанному, бурели два больших пятна. Никто из присутствовавших, даже учитывая, что некоторые были вынуждены ютиться на полу, не решился занять это место.

Витавшее в воздухе напряжение от банального недовольства условиями, бездействием медперсонала и, в целом, всей сложившейся ситуацией грозило вот-вот обернуться если не всеобщим психозом, то локальным бунтом уж точно. И всё к тому шло. А этот кратковременный перебой в подаче электричества лишь ускорил процесс. У какого-то бедолаги не выдержали нервы. Громко выругавшись, он вскочил с места и, полный решимости, запустил, что первое попалось под руку в обзорное окно палаты. На стеклопакете не осталось и следа, чего не сказать о стеклянном сосуде, разлетевшемся в крошку.

Резервный автономный генератор, который, как правило, при возникновении неисправности на линии электропередачи берёт на себя всю нагрузку по объектам первой степени важности, не справлялся, о чём свидетельствовало пониженное напряжение.
Люминесцентная лампа в коридоре попеременно мигала.
– А вот, кажется, и обед подвезли. – к полупрозрачному стеклу входной двери приблизилось тёмное пятно. – Самое время.

Отредактировано Hange Zoë (Пятница, 2 ноября 23:54:54)

+2

5

- Как себя чувствуешь?

- Неважно.

Это ложь. Чувствовал он себя прекрасно и находился в прекрасном настроении, – настолько прекрасном, насколько только можно в условиях, ну знаете, конца света. О конце света сложно думать, когда тебе постоянно названивают трясущиеся голоса с однообразными вопросами. Дали б человеку погрустить, проникнуться. Но нет!

- Что делаешь?

- Смотрю в окно.

Это правда. Леви действительно смотрел в окно. Коридорное. В палате ему было категорически некомфортно, по ряду причин. Одна из них являлась, пожалуй, единственной вещью, заботившей его в этом аду из потрясающих пандемий и телефонных звонков. Вещь, от которой мужчины лишаются сна, а у нашего конкретного мужчины – высыпали мурашки и начиналась чудовищная трясучка.

А н т и с а н и т а р и я.

Вся палата была залита духом гниющей плоти и жидкими выделениями больных. На стенах и потолке тёмные, липкие пятна и кровавые разводы создавали паттерн, который вы бы могли даже назвать интересным, если б не знали, откуда они появились. С одной рукой на лице и одной на кровати, Леви одернул одеяло... и со скоростью света вернул её на место. Ничего более богомерзкого, чем эта кровать, он не видел. Руку эту он потом обернул в целофан и твёрдо решил его не снимать, пока не найдёт чан с добротной кислотой. В палату он не вернётся точно; проблема только в том, что во всей остальной больнице было немногим лучше. Хорошо только там, за окном. Проблема только в том, что...

Леви не был болен. Это не бред умирающего, все это знали. Он словил пулю во время перестрелки с правительственной армией, из-за которой, как он считал, и начался весь этот дурдом. У верхушки страны было очень много денег для разработки новых типов оружия и очень мало забот о простом населении, – классическая история. Так вот, болен он, ещё раз, не был. Но кого это волнует? Дышал одним воздухом с больными – болен, вот и вся история. Глупо, досадно, но выбираться отсюда надо. Снаружи хоть есть шанс выжить, а несчастных здесь будут держать здесь до последнего, пока они и впрямь не надышатся и превратятся в мозгоедов.

- ...Что? Да, нет, не расслышал, – очередной всхлип из трубки выбил его из транса, – Мне пора.

Сердце немного ёкнуло, кулак  в целофане сжался. Надо определённо выбираться отсюда. Только вот как?

0